Все началось с того, что мой отец попросил меня сбегать на заправку за бензином.

после непродолжительной пробежки по городу, я обнаружил замечательную атозаправочноую станцию. Красотищща! И главное - цены! В два раза дешевле чем в других местах по городу. Но вот что старанно, заправка эта располагалась явно в том месте, где быть ей ну никак не положено ( что она там, за ночь отстроилась ) И цены, на дизельное топливо напрмер настолько малы, что вообще заштрихованы смазанными квадратиками. Ну как в докоментальной сьемке, когда у тех, кто ее показывает нет желания демонстрировать истинные лица или обьекты своеего повествования. Тогда эти места аккуратно заполняют мутного цвета четырехугольниками.

Я тогда очень обрадовался. И еще не подазревал чем дело кончится.

Наливаю я значит баклажку бензина, радостно лезу в карман и о ужас, не нахожу там денег. Но как же так, сквозин на задворках сознания, у меня как раз была в задних карманах джинс необходимая сумма. Затем меня посещает вторая мысль. А может ну его нафиг. Ведь бензин я уже налил и можно поросту уйти. украсть? Нет, тут же я обрываю крамольные размышления. Я пойду и признаюсь.

Тут же, словно по волшебству со мной рядом возникает хозяйка заправки, не высокая, сгорбленная старуха. Она радостно меня обнимает. И восклицает -Молодец! Правильно! то бы ого-го, прямехонько в ад за такое. За то, что ты решил признаться, вот твое дело, вот отступные от нашей конторы, не поможешь в одном дельце? -

сам не замечаю, как в руках у меня оказывается пачка каких-то бумаг, толстая пачка банкнот и я под ручку, как торговый представитель хозяйки заправки уже общаюсь с потенциальными покупателями этого предприятия.

И слышу, - ну тогда по рукам! -

Какой-то толстый мужик в дорогом костюме, пожимает мне руку и сердечно благодарит за отличную сделку.

Потом бабка, бывшая хозяйка заправки лукво смотрит на меня и улыбаеться. - а из тебя выйдет толк, милок -

не давая мне опомниться она сокрушонно качает головой. - Вот беда-то...в аварию попал, хозяин -то новый, кому ты заправку мою продал...А денежки то все тебе отдал...как же его теперь оперировать будут? помог бы ты ему? -

я со всех ног бегу в больницу, платить за операцию толстого дядьки в дорогом костюме.

В операционной меня встречают с цветами и шампанским. Сам больной встает с операционного стола и улыбаясь во весь рот ( вместо пиджака и брюк на нем больничная сорочка ) обнимает меня, хлопает по плечу и провозглашает - теперь ты для меня всн равно что сын! Допро пожаловать в семью.

Я стою с толстенной пачкой денег в куках и тупо моргаю.

У толстого дяденьки оказался еще один сын, кроме меня такой же толстый и то же в костюме. Который выдали так же и мне.

В дальнейшем состоялся праздничный банкет в семейном кругу. Но почему-то в моей квартире,а среди новообретенных родственников меня приветсвовали почему-то разнообразные мои знакомые.

Среди угощения в честь воссоидинения с семьей было почему-то лишь огромное количество апельсинов. И мне все время ( пока меня поздравляли разные люди, жали мне руки, обнимали за плечи) очень настоятельно предлагали скушать один из оранжевых плодов. Но я не от чего-то никак не успевал ответить.

Как вдруг что-то сдавило мне горло и я осип.

Рядом возникла та самя бабулька и страшно ухмыляясь произнесла. Ты не сказл ни да ни нет, тогда вот твой удел. призраком бродить между двумя мирами!

Та паника которую я испытал, когда не смог доораться до окружающих не передаваема словами. Но решимость отомсить мерзкой старухе превозмогла страх. Я добыл от куда-то длинный меч и бросился за хохочущей старухой.

В одну из дверей. тогда я услышал чей-то голос. Коридор с двумя белыми дверями - символ. Дверь из мира живых и дорога к двери в мир мертвых. Я в отчаянье готов был на все. но тут меня осенило. А что если сьесть апельсин. Все же исхитриться и...поздно за верещала старуха из-за двери, ты должен войти в эту дверь. Подстава! подумал я. выкинул меч и силой воли и мысли затворил белую дверь в потусторонний мир. Но старушенция не здавалась,безумно улыбаясь она активно лезла из-за двери высовывая в щель свои морщинестые руки с длинными пальцами и заглядывая в мир живых. тогда я разозлился распахнул дверь настешь и ухватив старуху за шоболы, попытался выкинуть в глубины мистического коридора. но она учепилась за меня и заверещала. От такого ужаса я простнулся. С бешено колотящимся сердцем.

ПОЛИТИЯ

Или о событиях в мире случившихся

АКТ ПЕРВЫЙ

Остров Тир, Черная Башня.

Из заседания черного синедриона «Причиной провала нашей миссии в прошлом было взаимовыручка и взаимопомощь остальных государств друг – другу,  их объединение в союз, противостоящий Тиру. Мы учли это и теперь подготовили новую стратегию. Прочие приготовления то же завершены. И мы начинаем. И я, незримый магистр Мебиус, готов послать своего сына, Черепа в Элению, для осуществления первой части операции»

Скодейн, лес Серебряные Нити.

Начало осени.

Тайный эмиссар Черной башни пребывает в Скодейн вскоре, после завершения праздника сбора урожая. Затем, в короткие сроки набирает отряд авантюристов с целью разграбления священного для эльфов леса-могильника Серебряные Нити. (Райтроон на общем диалекте) несмотря на то, что данный лес является священным и неприкосновенным, Черепу удается невозможное. Он преодолевает эльфийских стражей и систему безопасности, затем беседует с одним из эльфийских князей – призраков, сраженных Торном Ландауэ, одним из сильнейших королей Вагрии. В беседе, Череп узнает, что прогнозы Черной башни верны и что сам Торн погиб здесь же, скончавшись от смертельных ран. Проведя еще некоторые розыски, в руки к Черепу попадает фамильный меч правящей династии Ландауэ «Ласкающий пламень» использовав свитки, написанные самим Мебиусом, Череп поднимает павшего короля и его свиту в качестве сильнейших не живых, а сам скрывается. Тем самым заметая следы.

Скодейн, башня провидца.

Посетив одного из мудрейших звездочетов  и пророков, старика Мох, Череп по средством убийства и черной некромантике, вызнает пророчество, капаемое полученного меча. «Через кровь, дым и слезы, меч призовет руку короля»

Скодейн, Эления.

В столице Скодейна, Череп связывается с Лютором из Ваальда. Предлагая последнему очень выгодный союз. Лютор, будучи давним демонопоклонником,  соглашается. Далее Череп рыскает по округе, переправляясь да же на другую сторону Лигерры и щедро раздает золото Тира. Весь набранный сброд, некромант одевает по Алюстрийской моде и распологает в близи Элении. Лорд Уэлшбри, на провокацию отвечает стягиванием в Элению вооруженных сил. Оголяя деревни и хутора. Лютор, видя, что обещания Черепа сбылись, и деревни Скодейна беззащитны,  приступает к своим темным ритуалам, убивая и сея скверну. На территории Скодейна стали появляться одержимые.

Далее эмиссар Черной Башни, под видом дружеской помощи странствующему барду Эндрю Тарле, стравливает эльфов с людьми.

Елена Грейнджой, единственная дочь Тараса Грейнджоя, видного аристократа Элении, была успешно совращена бродячим менестрелем. Который, по наущению Черепа направляется к эльфам, ища у них убещища. 

Далее Череп сообщает эту информацию лорду Тарасу, который со слов последнего нанимает авантюристов с целью доставить ему совратителя или его голову. Некромант подсовывает Тарасу своих людей которых ему уже нужно убрать.  Авантюристы настигая музыканта убивают барда и еще нескольких эльфов, за него вступившихся.

Эльфийские князья в ярости.

Далее Череп пытается получить в свои руки замок Эверест,  затем, что бы потом передать его Лютору законным путем. Но интрига с претендентом на землю, (на которой располагается замок) Гуго Гроцием была пресечена добрым волшебником Хемстаффом.

Волшебник понимает, что земли старого паладина, участника похода против Райлреегской ереси, находящиеся тем более в сервитуте Аллюстрии кого-то заинтересовали. Наведя справки, Хемстафф видит, что у Умберто Эко, хозяина земли – масса долгов, а единственный выгодный для него ход уже не приемлем ( Брак с Екатериной Грейнджой) Что бы опороченная девушка не сыграла опять на руку его противникам Хемстафф отсылает ее в монастырь Латандера.

Череп тем временем решает, что интригами замок уже не получить, позволяет Лютору и своим наемникам захватить Эверест. Эльфы, видя, что преступники, убившие их сородичей укрылись в замке, совершают несколько вылазок.

Лютор, получив массу времени и жертв, готов вот – вот открыть врата, что бы призвать своих потусторонних союзников, чем пугает Черепа.

Поняв, что дело может зайти слишком далеко, Череп бросает своего одержимого соратника и бежит в Войтенбрисс.

АКТ ВТОРОЙ

Скодейн. Войтенбрис.

Оставив Элению некромант бежит в Войтенбрис. Там находит жадного и злого дворянина Гольбаха Оля. С которым заводит дружбу.

Эльфы, нарушив сервитуту Алюстрии и наблюдая наемников Черепа, одетых по имперсой моде, внезапно решают укрыться в своей столице. Оставив да же некоторые свои владения за пределами Звездной Тверди.

Эмиссар Тира намекает Гольбаху, что эльфийские сокровища остались без надлежащего присмотра, подталкивает златолюбца к акту мародерства. Так же советуя набирать людей в империи, земли которой начинаются уже за рекой.

Пока добрый волшебник занят примирением эльфов и борьбой с Лютором, оказавшимся очень живучим, некромант успешно совершает поход на эльфийский маяк, находящийся в тундре, на берегу северного моря.

Вместе с этим, Череп организует утечук этой информации в совет Элении, рассчитывая что среди помошников Уэлшбри есть эльфийские шпионы и осведомители.

Грабительскую экспедицию Гольбаха, уничтожают эльфийские скауты, Чепер спешит переправить своего «друга» в Аллюстрию, т.к. дома того (по словам и убеждению некроманта) ждет суд и выдача союзникам-остроухим.

Расчет эмиссара оказался верен, империя жаждавшая выхода к северному морю, охотно принимает у себя дворянина – перебезчика и выслушивает рассказ о гибели граждан Аллюстрии от руки союзников Скодейна.

Разведовательный корпус Августа Корнея Гракха наносит два упреждающих удара. По Эвересту, своей сервитуте и развертывает лагерь под стенами Элении по другую сторону Элении.

Хемстафф получив дипломатическую ноту протеста от эльфийского князя покинув Звездную твердь несется в Войтенбрисс.

Череп, узнав, что добрый волшебник уже в Белых парусах, срочно покидает город, переправившись на другой берег Элении в Штольн.

АКТ ТРЕТИЙ

Штольн. Сервитут Аллюстрии.

Город находиться в затруднительном положении. С одной стороны беспорядки в шахтах, с другой противостояние с одной из радикальных друидических сект Королевств.

Кроме того, в городе находиться младшая дочь одного из эльфийских князей, Айрон Криса Вааларди Динь-Дон Ликки-Ла. Молодая эльфка прибыла в город с целью дальнейшего путешествия в горы серой хмари.

Череп, располагая множеством свитков написанных высшими иерархами некромантов, начинает активно подливать масла в огонь, попеременно тревожа то друидов Полной Луны во главе с Хий-Си, то магистрат Штольна.

Эскалация конфликта достигает своего апогея, когда Гуртмунд Изменчивый, случайно пробуждает отлеживающегося на дне шахт Ужаса Глубин. Гуртмунд, будучи гномом от рождения, жадным до знаний и открытий, сумел найти останки Доу_джонса, великого мага древности и его книгу заклинаний, но по неосторожности растормошил тварь, которая отправила Великого в царство мертвых. Демон, получив смертельную рану уснул, в надежде подлечиться в дреме, а поднятый неуклюжим иллюзионистом, рассвирепел. И пройдясь по нутру горы до самого верха, согнал лавину тварей по меньше в низ.

Лавина чудищ обрушивается с гор, погребая под собой героев Штольна. Благодаря деятельности Черепа гибнет так же Динь-Дон и могущественный маг конгрегации, председатель городского магистрата.

Гибель дочери не осталась тайной для ее отца.

Далее под стенами города неожиданно возникает головной дозор одного из имперских легионов. Для наведения порядка. Переместившийся на место трагедии князь, сам не свой от горя, становиться отличным орудием в руках некроманта. Умело давшего наводку Бенефикарию легиона. В конфликте Штольн – Аллюстрия – Звездная твердь, гибнет  могущественный маг конгрегации, председатель городского магистрата.

Хемстаф, напав на след Черепа, неожиданно появляется в Штольне. Некромант в спешке скрывается в шахтах.

АКТ ЧЕТВЕРТЫЙ

Звездная твердь. Скодейн.

Князья эльфов, занятые вот уже тысячу лет поиском пути за пределы этого мира, казалось бы больше ни чем не занимаются. Все свое время и энергию посвящая научным изысканиям. Однако часть глав домов считает, что, действуя только лишь собственными силами добиться этого, не удастся.

Таким образом в руках рыскающего по округе некроманта,  по имени Череп, оказывается фамильный меч из запретного леса.

Отдав его в руки эмиссару Черной Башни, эльфы просчитались. Так как появление Утера  в столице Аллюстрии и дальнейшая стычка с ним при Эвересте, заставляет князей укрыться в своей неприступной цитадели.  И сосредоточится на отражении этой новой угрозы.

АКТ ПЯТЫЙ

Уктар. Аллюстрия.

Исчезновение старого императора, оставившего после себя пустой трон всколыхнуло в стране гражданскую войну и борьбу за власть. Именно в этих условиях появляется Утер, пропавший в детстве сын Демосфена, исчезнувшего монарха. Обладая загадочной притягательностью и харизмой, Утер сумел с считанные недели получить присягу большого числа влиятельных лордов. Для совета кардиналов это был ощутимый урон. Глава святого трибунала, отец Пейдроний, фактический местоблюститель имперского трона, предвидя кровопролитие укрывается в святой земле, вместе с верными ему лордами. Этим манером, проведенным параллельно с нападением Утера на Скодейн, кардинал спасает себя и высший церковный совет от неминуемой расправы.  Отлично понимая, что развязанная Утером компания – ни что иное, как отвлечение общественного внимания. Внешний враг был необходим наследнику, для тихой ликвидации внутреннего. Через своего верного ставленника Лютора, новый император организует крестовый поход против скверны и ереси эльфийского толка в Скодейне. Однако Пейдроний ускользает из – под самого носа Утера, тогда император, через Лютора, подбрасывает Черепу идею развязывания войны с Войтенбрисом.

Этим Утер добивается двух целей. Направляя лояльный пятый легион из владений варваров под стены Штольна, он заставляет переслать часть войск подчиненных Пейдронию на оборону единственного источника железа в империи помимо копий Дагобара и вынуждает Войтенбрисс напасть на них.

АКТ ШЕСТОЙ

Зеленый Холм. Сквардак.

Молодым эльфам нужно избавиться от высокопоставленного шпиона Звездной Тверди, через которую Князья искоса наблюдают за своей молодежью. Они готовы пойти на все, что бы вернуть былое величие эльфийской расы. Этим умело воспользовался Храм Элементального Зла, которому в союзе с Черной Башней, необходимо было переправить заполученный на Юге артефакт, огромный каменный трон, через земли эльфов.

Договор был заключен. Черепа на севере ставят в известность, а Динь-Дон, которая сама того не ведая была шпионом, под видом поисков Инуки, легендарного реликта эпохи Сопряжения, выдворяет из Сквардака контракт Мирона. Динь-Дон будучи молодой и горячей бросается в горы серой хмари, первоначально заскочив в Штольн. Где попадает в сети Черепа и гибнет.

Когда последний лучик солнца растворился среди светлых летних сумерек, я неожиданно увидел своего лучшего друга.

Он шел мне на встречу, виновато улыбался и смотрел куда-то в даль. Рой ярких, по осеннему нарядных листьев взметался пышным фейерверком у него из под ног. Я удивился. Осень еще не скоро оденет наряды деревьев в золото и серебро. 

- Эй, как дела? – я помахал своему лучшему другу рукой. Тот словно не понимая, кто его зовет и зачем растеряно начал озираться. Затем, увидев меня как – то растерялся.

Сумерки плавно начали перетекать в лучистую от звезд ночь. И я был этому рад. Как был рад осенним листьям под ногами моего самого  лучшего друга, этой теплой летней беззаботности и конечно больше всего я радовался скорой встрече с самой лучшей девушкой на земле.

Тогда, что бы развеять его неловкость, я решил поделиться с моим самым лучшим другом этим чудесным настроением.

Подойдя, я обнял его за плечи и словно бы желая обхватить все небо взмахом руки указал ему на небо – Смотри, какие яркие сегодня звезды… -

Так я сказал, и подумал – Но их все может заменить взгляд той, к которой я спешу… -

Мой самый лучший друг промолчал. Так мы простояли еще довольно долго, в тишине наслаждаясь черным небом с проблесками тысячи ярких точек.

Наконец он  сказал – Она очень красивая, да? – На что я тут же ответил, да же не задумываясь – Конечно! – ведь для меня давно не существовало красоты более нежной и желанной, чем очарование той, к которой я спешил.

- Я пойду  -  сказано это было очень тихо, но я услышал. – Да, я то же, ведь меня ждут! –

На душе было легко. Ночной ветер приносил с собой запах моря и еловых иголок.

Я не оглядывался. Я знал, что у моего лучшего друга в такую ночь все будет хорошо.

Дорога, отчетливо видимая в лунном свете пружинисто толкала меня вперед. Туда, где девушка моей мечты.

Неожиданно ветер утих. На небе показался месяц. Но вместо молодого серпика яркой желтизны, на меня уставилось  скрюченное лицо древнего старика. Я видел все так отчетливо, словно это была обычная фотография, прикрепленная на небе чьей-то злобной рукой. Протяни ладонь и кончиками пальцев уцепишь край.

Не желая больше смотреть на это, я так и сделал. Подтянувшись на цыпочках, поймал край уродливой картинки и стянул ее на землю. Старая, желтая от времени фотография. В отвращении я выбросил ее на обочину. Снимок упал лицевой стороной вниз. На обороте, фиолетовыми чернилами было выведено – Не ходи к ней сегодня! –

Ветер пропал совсем. Недвижимый ночной воздух раскалился, вязким киселем охватывая меня со всех сторон. Я уже не бежал, медленно раздвигая тугие пласты летнего марева шел. Дорога из укатанной грунтовой превратилась в разбитую асфальтовую.  Звезды по прежнему освещали мне путь, но уже как-то не уверенно. И постоянно попадались синие дорожные указатели. Где крупными белыми буквами было написано. -Дальше пути нет-

Но я упрямо шел. Наконец впереди показался город.

И где-то среди бесчисленных окон и дверей, я найду ее. Ту, к которой так спешу.

Город был пуст. Ночь очень любит стирать краски, а от того, серые квадраты домов, с пустыми от света оконными проемами и закрытыми дверьми выглядели жутко.

А еще под ногами было много листьев. Я знал, что они, устилающие дорогу сплошным ковром, сухие и безжизненные. Серые. Словно пролежали под снегом и дождем целый год.

Неожиданно заиграла музыка. Тихая, завораживающая мелодия. Я был уверен, что это  патефон. Хотя никогда прежде не слышал, как он должен звучать.

Приятный мотив  доносился из приоткрытой двери, одно из домов. Я не выдержал, зашел.

В центре комнаты стоял большой круглый стол. Над которым нависала огромная матерчатая люстра, забранная алым сукном. Напротив входа сидел высокий, статный человек, в дорогом изысканном костюме. Как я ни старался рассмотреть его лицо, у меня ничего не выходило. Лишь расплывчатая тень, отбрасываемая полями его шляпы.  

- Добрый день. – пауза. – Я вижу вы спешите? – пауза. – Но все же. Будьте так любезны, уделите мне пару минут. – пауза.

Тон, которым была высказана  просьба  исключительно вежливый. Лишенный эмоций. Не живой.

Тогда я спросил. - Почему вы не хотите, что бы я встретился с самой лучшей девушкой на земле? С той, к которую люблю? -

Мужчина промолчал. Музыка то же закончилась. Дрожащая пауза затягивалась. Тогда механический, ровный голос ответил

– Вы не должны сегодня туда идти. Нарушать баланс. Грань может не выдержать. Мы этого не допустим –

Сказав это, незнакомец стал подниматься.

Предчувствие острой, неизбежной и скорой беды захлестнуло мое сознание. Что-то непоправимо плохое вот-вот произойдет.

Я бросился бежать. Но ноги почему-то совсем меня не слушались, а сил почти сразу не осталось. Захотелось лечь и умереть. Закрыть глаза. Я не смотрел назад, но знал. Вслед за мной, еле перебирающим ноги, среди бесчисленного количества дверей и коридоров, тянуться руки. В белых перчатках. С длинными и цепкими пальцами.

Когда последние крохи воли стремительно угасали я вдруг увидел ее. Она что-то сказала, но я не расслышал. Девушка моей мечты смотрела на меня, а я, я падал.

Вода, обжигающе ледяная, прямо на улице, среди городских построек. Быстрая горная река, смывающая сухой ковер опавших листьев увлекла меня к самому центру города. Захлебываясь я вдруг понял, что наконец увижу ее.

Темные волны схлынули в одно мгновение. Вот они были, а вот их уже нет.

Я стоял перед самым обычным домом стоявшего на самой обычной улице, в самом обычном городе. Города, где на втором этаже, в окне неприметного дома горел теплый желтый огонек.

Там меня ждала девушка, которую я люблю.

Я сделал шаг. Как вдруг вспыхнули фонари.  Старинные, кованные треноги, с массивными чугунными набалдашниками.  Свет, которым брызнули эти исполины, был словно бы с гнильцой. Зеленоватый. Бледный. И на границе расплывающихся, мутных пятен  я друг начал различать их. Тех которые. Высокие, презентабельные мужчины, в дорогих костюмах, чьи лица всегда остаются в тени модных шляп.

Я рванул. Сквозь тянущиеся длинные руки, прямо через мутный, липкий свет, скорее. К двери. Дернув рукоять, я понял, что дошел.

А еще. Я вдруг понял. Что действительно, тот который меня не пускал был прав.  

Я сделал шаг.

Массивная, широкая в несколько обхватов, кровать. Рядом алый абажур.

На белоснежных простынях, небрежно укрытая тонким одеялом спала девушка моей мечты. Уткнувшись носиком в его плече. Обхватив его руку. Моего лучшего друга.

Я сделал шаг назад. Еще. Я хотел убежать. Я хотел…

А может быть нет? Может быть я хотел остаться? Слепая, неповоротливая сила утробно заворчала где-то в глубине моей души. Я закрыл глаза.

Было тяжело. Словно небо обрушилось мне на плечи. Я стал задыхаться.  

И тогда чей-то голос, ровный, деликатно приглушенный, отчетливо прозвучал у меня в голове.

- Мы вас предупреждали. –

Эта стерильная речь словно смахнула пелену, застилающую мои глаза. Стало легче.  – Но теперь уже поздно. Теперь у вас остался только один путь. – Я окончательно успокоился. Да, действительно. Теперь осталось лишь…

- Предатель! -  я уже не понимал, что последняя моя мысль  таковой уже не являлась. Что это произнес тот, который велит.

- Возьми! – мне в ладонь уткнулась теплая рукоять кухонного ножа. Пальцы помимо моей воли сомкнулись вокруг шершавого дерева.

Один удар. Сердца, которое перестало биться.

И тонкий, едва слышимый звон. Словно где-то очень далеко разбилось хрупкое стекло.

Та незримая грань, что отделяет любовь от ненависти, дружбу от предательства, жизнь от смерти.

 …

Город, который больше никогда не увидит солнца спал. И среди падающих прошлогодних листьев, опираясь на трость зонта, стоял представительный пожилой мужчина. Поправив шляпу, на мгновение, он приоткрыл завесу тени над своим лицом.

Словно старая краска с рекламного щита отшалушивалась кожа. Или это кусочки известки? Вместе с грубо нарисованным некрасиво выгнутым ртом. И на месте прежнего, недовольного изгиба губ, проступала, новая, глянцевая, клоунская улыбка.

Пошел дождь.